Сергей Бакшеев / ГЛАВА 68 Возвращение из транса

Маленькая темная каморка в торце барака не заинтересовала незнакомца. Рука с обрубленным мизинцем исчезла, шаги быстро удалились. Карасько перевел дух.

Потом послышался звон со стороны кухни. Кто-то ворошил кастрюли.

И все стихло.

Стас, прикрыв глаза, невозмутимо лежал на пыльном худом матрасе, сквозь который ощущались все неровности старого пола. Раньше он глаз не закрывал, темнота была полной. Но сейчас приоткрытая дверь размывала черную краску тускло-серой зыбью, глаза бегали, тупо пытаясь найти зацепку, сознание отвлекалось.

– Это был тот, кого мы ждали? – тихо спросил Стас.

– Скоро узнаем, – прошептал Карасько. – Не думай о нем. Думай о брате.

Стас погружался в мягкое забытье. Ничто уже не давило в спину, неудобство исчезло. Казалось, тело не лежало на твердом полу, а колыхалось и плыло в густом эфире. Благодать увлекала и расслабляла. Вдруг Стас испугался, что ничего не сможет ощутить. Ведь раньше чувство опасности за брата возникало спонтанно, он никогда не готовился к нему, все происходило так, словно включался неведомый рубильник. А сейчас он сознательно ждал этого состояния и поэтому тревожился. Тревога росла, давила сверху, раздирала тело. Стас уже слышал глухие голоса. Кто-то топтался прямо над головой, противно хрустел песок. Стало душно, легкие учащенно раздувались, пот заструился по вискам. Стас поднял руки и неожиданно уперся в потолок. Почему он так низко? Шершавый камень холодил жаркие ладони, руки ушли в стороны – стены! Он лежит в склепе, где нечем дышать! Духота давила, пробиралась в легкие. Стас жадно заглатывал воздух разинутым ртом, грудь послушно вздымалась, горло хрипело. Тело измучилось и взмокло от интенсивных дыхательных движений, но Стас все равно задыхался.

Карасько наклонился к лежащему Стасу. Тот нервно ощупывал пространство над собой и тяжело, обливаясь потом, дышал.

«Пора!» – решил Карасько.

Рука преподавателя сильно толкнула студента:

– Встаем! Побежали!

Стас, выпучив глаза, нервно озирался.

– Держи прут! – крикнул Карасько. Ладонь Стаса сжала железку от кровати.

– Зачем? – шепнули его губы, сознание возвращалось медленно. – Ты же говорил, надо только сфотографировать?

– За мной!

Пол натужно скрипел под резвыми ногами преподавателя. Стас еле поспевал, ноги сгибались плохо. Сломанная дверь раздраженно качнулась под ударом Карасько и укоризненно застыла, криво упершись углом в землю.

Стас выпрыгнул в ночную прохладу вслед за Карасько. Там должен быть Влад. Он в опасности! Тело окатила волна свежего воздуха, но непослушные ноги зацепились за выступающую дверь, и Стас рухнул лицом вниз, как подрезанный косой стебель.

В падении он видел прыгающую спину Карасько, которую вытеснил стремительно приближающийся пятачок земли с рельефными вмятинами от колес водовозки.

Антон Антонов / 80

— Открой люк! — крикнул Крокодил пилоту, когда, по его расчетам, самолет должен был приблизиться к городу. — Открывай люк, снижайся и не вздумай садиться, пока я не скажу. Делай круги над городом.

До города они еще не долетели, но пилот послушно начал снижение и открыл десантные ворота.

Утро уже вступило в свои права, и Крокодил узнавал знакомые места. Самолет находился к юго-западу от города, и чуть в стороне, слева по курсу, проходило Западное шоссе, а с другой стороны, за правым крылом, промелькнул Белогорск. Вот Русакове — и первая утренняя электричка как раз подходит к станции.

Город остался слева от самолета, на севере. Они пролетели над Капитоновкой, постепенно снижаясь и явно заходя на глиссаду. Аэропорт был уже совсем рядом.

— Не приземляться! — снова крикнул Крокодил. — Я сказал, делай круги над городом!

— Я не понял, ты сдаешься или нет? — спросил из кабины Селезнев.

— Я повторяю — делай круги над городом, или она полетит вниз.

— Не зли его, — сказал командир Селезневу.

— Хорошо, — объявил Селезнев. — Мы будем кружить над городом. Но помни: если она полетит вниз, ты проживешь после этого не больше минуты.

Самолет заложил плавный вираж и ушел в сторону от аэропорта. Внизу замелькали городские улицы.

Крокодил освободил Яну от наручников. Скорее всего, он в этот момент совершенно не думал о Яне и, казалось, снова забыл, что должен прикрываться ею от возможных агрессивных действий экипажа. Крокодилу нужен был мешок с деньгами,

Похититель опять полностью раскрылся, и его легко можно было застрелить или взять голыми руками. Если бы еще Яна отошла от метр подальше. Но она стояла совсем рядом с Крокодилом, машинально растирая затекшие руки и глядя в пространство.

А Крокодил раскрыл мешок и стал срывать обертки с денежных пачек и пускать банкноты по ветру. За самолетом потянулся зеленый шлейф.

Сверху лежали настоящие деньги, и принадлежали они большей частью «Львиному сердцу» и отдельным его сотрудникам. По идее, Селезнев должен был беречь эти деньги, как зеницу ока, но он решил не рисковать. Потому что победителей не судят, и если Крокодила удастся взять живым и без эксцессов, то про улетевшие пятьдесят тысяч баксов никто и не вспомнит. К тому же в седовском фонде такую сумму вполне можно наскрести, и Седов уже подтвердил, что готов возместить все расходы.

Командир самолета, закладывая виражи, старался не слишком удаляться от аэропорта и городских окраин на случай, если что-нибудь плохое все-таки случится. Если самолету придется падать, то пусть он лучше упадет в чистом поле, а не в спальном районе города. Тем более что Крокодил перестал обращать внимание на пейзаж внизу.

А внизу вновь промелькнуло летное поле и взлетно-посадочные полосы. Изумрудное облако, состоящее из банкнот, повисло над аэропортом.

— Юра, он деньгами кидается, — сказала Оксана Светлова Сажину, когда первые бумажки достигли земли.

— Вижу, — ответил Юра и поймал одну из порхающих купюр.

— Юра, а чьи это деньги?

Сажин спокойно сунул стодолларовую банкноту в карман и сказал:

— Ничьи. Добросовестная находка.

Когда Крокодилу надоело рвать обертку пачек, он стал расшвыривать пачки целиком — но теперь это были уже фальшивки. В это утро город оказался наводнен поддельными долларами. Люди собирали их на улицах и потом круто обламывались, придя в обменный пункт.

Даже среди милиционеров и солдат, заполнивших аэропорт, чуть было не началась золотая лихорадка. Но ее вовремя пресекли, объявив, что все деньги, отданные террористу, были фальшивыми.

Чуть позже о том же самом было объявлено по честному радио и телевидению. Но это не помогло. Люди все равно пытались сбыть фальшивки через обменные пункты, и уже в тот же день эти пункты вообще перестали принимать к обмену пятидесяти — и стодолларовые купюры, независимо от их подлинности.

Потом выяснилось, что деньги, рассыпанные над репортом, были настоящими. И Сажин лично съездил в соседнюю область, чтобы обменять свою и оксанкину добросовестную находку на полновесные рубли.

Оксанке небо подарило сразу целый рой этих самых купюр. Странно: вообще-то, их было не так уж много, всего одна пачка разлетелась над аэропортом, и ложились зеленые бумажки далеко друг от друга. А тут вдруг сразу несколько упали прямо у босых ног Оксаны, и даже ветер замер на несколько мгновений, позволив собрать эти бумажки, прежде чем они будут развеяны по сторонам.

Получилось так, будто похититель возместил заложнице нанесенный ей ущерб.

На эти деньги — после того как Сажин поменял их на рубли — Оксана купила мотоцикл. Для себя и для Коли Демина.

Но все это было уже потом.

Сергей Иванович Зверев, 21

Гонки закончились, и народ, собравшийся на площади перед Кремлем, оживленно обсуждал произошедшее на финише. Всюду слышались возбужденные голоса. Некоторые звонили знакомым и рассказывали о том, что они видели.

Ведущая «Автошоу» встала на фоне большого экрана с микрофоном в руке и обратилась к людям, вещая хорошо поставленным голосом:

– Уважаемые зрители и телезрители! Вот и подошло к концу это увлекательное состязание, так называемые стритрейсерские гонки по ночному городу. Пока судьи решают, кто победил, – вспомним, как все происходило. Никто не предполагал, что случиться подобный ужас.

На экране позади ведущей пошли кадры аварии на набережной, снятые с вертолета. Пробитое ограждение, кувыркающиеся машины и зрители, в панике разбегающиеся от летящих на них автомобилей. Ведущая продолжала:

– Случилось поистине чудо, что в этой мясорубке никто не погиб. Двенадцать водителей с травмами различной степени тяжести доставлены в больницу. Место аварии в данный момент оцеплено, и милиция ведет расследование. Всех интересует ответ на главный вопрос: как двести литров гидравлического масла оказались на проезжей части? Маршрут неоднократно проверялся перед гонками. Предварительная версия – халатность строителей. Однако, несмотря ни на что, гонки останавливать не стали. И теперь я представляю вам победителей!

К ней на сцену вышли гонщики, среди которых гордо шествовал Алексей, под ручку с Ириной. Рядом шел мрачный как туча Иннокентий в сопровождении вечно угрюмого штурмана-телохранителя. Здесь же был и престарелый водитель горбатого «Москвича». После столкновения он неожиданно смог вырваться вперед и дотянуть до финиша.

Ослепительно улыбаясь, ведущая объявила, обращаясь к Алексею:

– Судьи долго совещались, но все же решили, что первое место за вами. Демонтаж глушителя и сиденья, «срезание» трассы не противоречат заявленным правилам соревнований. Хотя возможен штраф за нарушение покоя жителей города.

– Только в том случае, если кто-нибудь напишет заявление в милицию, – любезно уточнил Алексей.

– У нас буквально шквал сообщений в вашу поддержку. Все с замиранием следили за последним участком гонки – скажите, что произошло с вашей машиной? Отказали тормоза? – ведущая сунула ему под нос микрофон.

Тем временем на экране прокручивали запись финиша. Вот «Волга», опережая «ЗИС», миновала линию финиша, но не остановилась, а, бешено сигналя, съехала с дороги и улетела в заросли.

Алексей вытащил из свертка, что держал в руках, педаль тормоза и показал ее всем:

– Вот, тут даже невооруженным взглядом видно, что кронштейн надпилили, а потом при нажатии он сломался. Это сделал тот, кто не хотел, что бы мы пришли к финишу первыми, – усмехнувшись он добавил: – Только эти чудики не знали, что настоящему гонщику вообще не нужна педаль тормоза. Педаль акселератора, и хорош. Так что своей подлянкой они нам только помогли выиграть.

Ведущая попросила оператора показать крупным планом испорченную педаль. Через секунду ее изображение увидели тысячи зрителей. Всем стало ясно, что Алексей не врал и его действительно хотели устранить. Послышался недовольный гул.

– Милиция разберется в этом прискорбном инциденте, – горячо заверила ведущая и радостно объявила: – А теперь перейдем к остальным победителям заезда. Второе место занял экипаж «ЗИСа-110» под номером семь…

Лицо Иннокентия аж потемнело, когда его пригласили к микрофону. Он вышел и буркнул, что, мол, важна не победа, а участие. Стоявший рядом Алексей, лучезарно улыбаясь, пожал ему руку и сказал, как бы по-дружески утешая:

– Не кисни, Кеша, второе место тоже неплохо. Не всем же быть победителями. В следующий раз, если повезет, может, и до первого доберешься. Выиграть должен сильнейший.

– Я уж постараюсь, недоносок, – скрипя зубами, прошептал в ответ Иннокентий, затем со всей силы стиснул в своей ладони руку Алексея, фальшиво улыбаясь и показывая, будто они лучшие на свете друзья.

Потуги тощего показались Алексею смешными. Он тоже сжал руку противника, да так, что у последнего мигом побелели пальцы, а глаза почти вылезли из орбит. Зрелище было комичное. Иннокентий что-то пискнул, попытался выдернуть руку из стального захвата, но не смог. Лицо стало серым от напряжения. Когда же Алексей его отпустил, Иннокентий и вовсе пошатнулся и едва не упал. Вслед за Алексеем Иннокентию протянула руку Ирина:

– Поздравляю! В следующий раз вам обязательно повезет.

– Это вам повезет, если вообще сможете тронуться на своей развалюхе, – процедил Иннокентий, растирая руку и игнорируя протянутую ладонь девушки.

– «Волга» Алексея Знаменского стартует первой. – Ведущая протянула ему номер.

Второй номер она протянула экипажу «ЗИСа». От наплыва чувств у Иннокентия чуть удар не случился. В его глазах читалось, что он страстно желает разорвать ненавистную наклейку с двойкой, а клочки запихать ведущей в глотку. Однако его чаяниям не суждено было осуществиться. Когда же Иннокентий с опущенной головой проходил мимо Алексея, тот не смог удержаться, чтоб не подколоть его:

– Ну и кто теперь номер два?

Иннокентий сделал вид, что не услышал его.

100. Максим Анатольевич Шахов

— Заходи, не бойся! — отступил в сторону Кащеев.

Соблюдая конспирацию, они добирались до съемной квартиры Кащеева на общественном транспорте. И вот все было позади. Во всяком случае, на сегодня. Каля с пакетом в руке вошел в тесную прихожую. Кащеев нырнул следом и включил свет.

— Разувайся, бери тапочки, — сказал он. — И вообще, будь как дома…

Каля кивнул и приподнял в руке пакет с рюкзаком.

— А это куда?

— Да брось на пол пока! — небрежно сказал Кащеев. — Сейчас посмотрим, что там нам обломилось… И скажи, этот пенсионер что, хотел тебя задержать?

— А-а, нет, — махнул рукой Каля. — Его старая, когда я уже выходил, что-то вякнула, типа: «Как тебе не стыдно, ты же такой молодой!»

— Ну? — удивился Кащеев.

— Ну а я ее послал! А этот хрен старый и начал кричать, чтобы я извинился!

— С ума сойти! — хмыкнул Кащеев. — А как все остальное прошло?

— Все остальное нормально! Как вы сказали!

— Так ты больше никого и не бахнул? Только этого пенсионера?

— Ага! Мерин этот, который в галстуке, сразу за своим компом залег! А кассирша в угол залезла! Так что я все бабки выгреб, только мелочь не взял!

— А камеру бахнул? — спросил Кащеев.

Каля, развязывавший шнурок, вдруг замер и медленно повернулся к Кащееву. В его глазах был испуг, смешанный с удивлением.

— Нет… Я забыл, правда…

— Ну да и хрен с ней, с камерой! — махнул рукой Кащеев. — Все равно ты был в бейсболке. Так что из-за козырька твоего лица на записи не видно!

Каля облегченно вздохнул. Сняв вторую кроссовку, он обул тапочки. Кащеев подхватил пакет и кивнул:

— Проходи!

Единственная комната однокомнатной съемной квартиры была довольно просторной. Кащеев посмотрел на стол, однако решил, что на диване будет удобнее. Из большого пакета он извлек рюкзак, из рюкзака вытащил пакет с деньгами. И высыпал их на диван.

— Ты баксы выбирай, а я гривны! Быстрее будет!

— Ага! — с готовностью согласился Каля.

Усевшись друг напротив друга, они занялись одной из самых приятных процедур на свете — подсчетом денег. Времени на это ушло довольно много. Наконец Кащеев огласил итог:

— Ну что, напарник! Всего у нас восемнадцать тысяч семьсот тридцать долларов и семьдесят тысяч сто одна гривна! Неплохо, да?

— Обалденно! — покачал головой Каля, не в силах отвести взгляда от разложенных стопками денег.

Такое мелкому гопнику не могло присниться даже во сне. Кащеев в душе тоже был удивлен размерами куша. Однако свои чувства он предпочитал не афишировать.

— Итого! — чуть прищурился он. — Твоя доля девять тысяч триста шестьдесят пять долларов и тридцать пять тысяч пятьдесят одна гривна. Отсчитывай!

Александр Абдулов. Интервью

Александр Абдулов. Труд, 5 октября 1980 (В. Кичин)

Ирина Алферова и Александр Абдулов. Советский экран, № 16, 1980 (М. Карапетян) Александр Абдулов. Советский экран, № 19, 1980

Я люблю театр. Комсомолец Узбекистана, 1 октября, 1981 (Г. Фомаиди)

Верь в дело свое. Комсомолец Донбасса. 3 апреля 1983 (П. Черняев)

Пусть зритель удивляется. Советская Россия, 24 июня 1983 (П. Черняев)

Желание играть, как жажда. Пензенская правда, 14 апреля 1984 (Н. Булавинцев)

…Чтобы роль запомнилась. Молодежь Молдавии. 2 февраля 1985 (М. Дрейзлер)

Откровения тридцатилетнего человека. Молодежь Эстонии, 23 мая 1985

Улыбайтесь чаще! Комсомольская правда, 6 августа 1985 (А. Максимов)

До Нового года — «уно моменто». Московский комсомолец, 31 декабря 1985 (Е. Федоров)

Хочу, чтоб не узнали. Советская культура, 18 января 1986 (В. Лебединский)

Интервью по вашей просьбе. Театральная жизнь, № 17, 1986 (Е. Владимирова)

Цейтнот — это здорово! Ленинская смена, 27 января 1987 (Б. Маллокандов)

Сразу два Абдулова. Известия, 6 февраля 1987 (Е. Шафран)

Высший смысл игры. Советский спорт, 2 мая 1987 (К. Тиновицкий)

Встретимся на стадионе. Ленинская смена, 2 сентября 1987 (Б. Муллокандов)

Догнать свой трамвай. 22 марта 1988 (Гр. Горин)

Масса претензий по любовной линии. Советский экран, № 3, 1990 (Д. Смирнова)

Бедный мальчик из Ферганы. Огонек, № 39, 1990 (А. Ниточкина)

О личной жизни — ни слова. Аргументы и факты, № 18, 1992 (О. Свистунова)

На rendez-vous с Александром Абдуловым. Искусство кино, № 7, 1992 (З. Абдуллаева)

Оставьте плащ у входа. Экран, № 10, 1992 (Н. Майданская)

Актер, который может все. Москвичка, № 28, 1992 (Е. Сасим)

Я — игрок. Столица, № 36, 1992 (С. Глюк)

Хочу получить лицензию на отстрел журналистов! Аргументы и факты, 1993 (О. Горячев)

Нет, я не секс-звезда. Крокодил, № 7, 1994 (Евг. Дедов)

Я и сейчас все делаю сам. Московская правда, 19 января 1995 (Е. Курбанова)

Счастливый случай Александра Абдулова. Аргументы и факты, № 23, 1998 (Е. Шахматова)

Бременские музыканты в калмыцких степях. Известия, 28 ноября 1998 (А. Липков)

Уже не трубадур, еще не король. Московский комсомолец, 28 августа 1999

Нужные люди — это кто? Аргументы и факты, № 17, 2000 (О. Шаблинская)

Александр Абдулов. Сайт в интернете «Люди», 12 декабря 2000

Александр Абдулов: «У меня снимались и актеры, и бегемоты». Комсомольская правда. 29 мая 2001 (В. Бродзский)

Александр Абдулов играет с жизнью. Аргументы и факты. № 22, 2001 (О. Шаблинская)

Александр Абдулов: Судьба помогает обойти дерево. Культура, 29 мая 2003 (Т. Петренко)

Александр Абдулов: «Дом — это я и мама». Форум ТВС. Дискуссионный клуб «Эхо Москвы», 22 апреля 2004 (В. Серикова)

Заигранная жизнь. Александр Абдулов: «Я не имею права жениться, я повенчан с Алферовой». Форум ТВС. Дискуссионный клуб

«Эхо Москвы», 22 апреля 2004

Александр Абдулов: Нет ничего грязнее, чем политика. Аргументы и факты, № 18, 2004 (Н. Зятьков)

Александр Абдулов. Сайт в интернете «Люди», 08 ноября 2004

Я решил быть свободным и одиноким. Труд, 13 мая 2005 (Н. Перминова)

Билет в один конец. Театрал, № 2, 2006 (К. Антонова)

Играющий тренер. Сайт в интернете «Обнаженная натура» (П. Капшеев, Израиль)

Для своего фильма ищу Шерон Стоун. Новые известия, 14 марта 2006 (Е. Шмелева)

У меня — другая власть. Аргументы и факты. 12 мая 2007 (Ю. Шигарева)

Мне пообещали половину Нобелевской премии. Новые известия, 13 июля 2007 (В. Матизен)

Какой идиот может отказаться от роли Коровьева?! Известия, 18 января 2007 (Н. Степанова)

Я живу в будущем. Театрал, 1 октября 2007 (В. Боровикова)

Фрагменты последнего интервью Александра Абдулова Первому каналу (Ал. Олейников)

9, Роберт Лоуренс Стайн

Я прислонился к стене. Я дрожал всем телом.

С трудом проглотил комок, подступивший к горлу и стал прислушиваться к тяжелым шагам над головой.

Надо выбираться отсюда! Надо выбраться из дома!

Надо сказать тете Марте и дяде Колину!

Ноги вдруг стали что твое фруктовое желе. Я даже не знал, смогу ли я сделать шаг.

Я все-таки попробовал. Шаг. Ноги дрожат меньше. Еще шаг.

И тут сверху до меня донесся какой-то новый звук.

Я остановился и прислушался.

Никак пение? Кто это поет?

Собравшись с духом, я бросился наверх и схватился за дверь, ведущую на чердачную лестницу. Распахнув ее, я крикнул вверх:

— Кто это?

— Это я, Алекс, — раздался знакомый голос.

— Ханна?… — с трудом выдавил я из себя, глядя вверх на лестницу. — Ч-ч-что ты там делаешь?

— Разве тетя не сказала тебе, что я вернулась? — отозвалась Ханна.

— Нет, не сказала, — откликнулся я.

— Она сказала, что тут у нее навалом старой одежды, из которой можно сделать отличный костюм на Хэллоуин. Вот я и пришла выбрать что-нибудь.

Голова Ханны появилась на верхней площадке.

— А чего у тебя такой голос?

— Я… я подумал, — начал я, но слова застряли у меня в горле.

Я стал подниматься по лестнице.

— Сюда нельзя, — закричала Ханна. — Не ходи сюда!

Я остановился на третьей ступеньке.

— А в чем дело?

— Я не одета. Примеряю всякое барахло, — объяснила она. И с улыбкой добавила: — А кроме того, я хотела тебя удивить. Здесь такие потрясные тряпки. Похоже, в молодости твои дядя и тетя носили презабавные костюмы.

Голова ее скрылась из вида. До меня донесся шорох материи. Я спустился вниз.

— Да, слушай, ты не видела мою камеру? Я весь дом облазил и…

— Ой! — вскрикнула вдруг Ханна, вновь высовывая голову в люк. На этот раз она не улыбалась |

— Ты что? — крикнул я ей.

— Да твоя камера, Алекс. Тебе не кажется, что ты оставил ее в лесу?

У меня дыхание остановилось.

— Быть того не может. Мне кажется…

Я замолчал, чувствуя, как страшно засосало под ложечкой и перед глазами все поплыло.

— Она была у тебя в руках, когда Шон и Арджун ушли- сказала Ханна. — Но когда мы пришли домой, я не припомню, чтобы я ее видела.

— Этого только не хватало, — замотал я головой. — Надо бежать искать ее, Ханна. Нельзя оставлять ее на ночь в лесу.

— Ты что! — испуганно закричала Ханна. — Послушай, Алекс. Не вздумай ходить туда.

— Но мне надо!

— Но ночной лес — это тебе не игрушка! — горячо убеждала меня Ханна. — Там правда опасно.

Я повернулся и побежал в коридор. Я достал из стенного шкафа куртку и заодно нашел на полу в стенном шкафу в коридоре фонарь. Проверил, как он горит. Свет был ровный.

— Я на несколько минут! — крикнул я Ханне.

— Алекс, не надо, — послышался ее голос. — Прошу тебя, не ходи. Не ходи сегодня ночью в лес. Ты хоть подожди меня. Я сейчас оденусь. Подожди, не уходи, ладно?

Но я не мог оставить камеру в лесу. Там она погибнет.

Я захлопнул за собой входную дверь. Все вокруг было залито лунным светом.

Глава 24 - Роберт Лоуренс Стайн

– Подождите! – взмолился я. – Давайте сначала все обсудим.

– Здесь нечего обсуждать, Монти, – заявил один из клонов.

– Да, Монти, что ты, вообще, можешь нам сказать? – спросил другой.

– Ты проиграл, Монтгомери, – презрительно добавил третий.

И почему это они все время повторяют мое имя? – в отчаянии подумал я.

И тут мне в голову пришла еще одна мысль.

Конечно, это не спасение. Но, возможно, это отвлечет их, пока я придумаю новый план побега.

– Вы ненавидите имя Монти, верно? – спросил я их.

Клоны остановились.

– Я с вами согласен: думаю, это ужасное имя. Вот почему вы так сильно меня ненавидите.

– Правда? – удивился один из них.

– По крайней мере, дайте мне выбрать другое имя, прежде чем я умру, – попросил я. – Вот, например, Пит. Я всегда хотел, чтобы меня звали Питом.

– Пит? – повторил первый клон.

– Ну да, Пит Адаме. Хорошо звучит, как вы думаете? – И я заставил себя улыбнуться.

Второй клон отступил немного назад:

– Да, Пит хорошо звучит, мне нравится!

– А вот и нет! – возразил другой клон. – Пит – это скучно. Что насчет Ферриса?

Феррис! Я постарался не сделать гримасу.

– Да, тоже неплохо, – согласился я.

– Феррис! Это даже хуже, чем Монти, – с издевкой заметил первый клон. – Ты что, полный идиот?

Третий клон поднялся на ноги:

– Это кто назвал меня идиотом, Монти?

– Не называй меня Монти, – завопил первый клон. – Я ненавижу это имя. Я – Пит!

– Нет, это я – Пит, – закричал второй клон.

– Нет, я! – не сдавался первый.

– Кончайте с этим! – рыкнул Лео-клон. – Бросайте эту дурацкую игру в имена.

– Не называйте меня Монтгомери! – кричал третий клон. – Я Феррис.

– Ты болван! – насмешливо воскликнул другой клон.

– А-а-а! – завопил оскорбленный клон и бросился на двух других.

Не прошло и мгновения, как все три клона катались по полу. Пинали друг друга ногами, толкали, кричали.

Лео-клон отошел, сел на сиденье и с неодобрением следил за тем, что происходило на полу.

И вот настал мой черед.

– Помогите! – закричал я. – Помогите!

– Эй! – послышался голос снаружи. – Что там происходит?

Охранник! Он услышал меня!

– Помогите мне, пожалуйста! – кричал я. Клоны не обратили на меня никакого внимания. Они были целиком поглощены дракой.

Распахнулась задняя дверь фургона. В проеме стоял высокий крепкий мужчина с вьющимися темными волосами.

– Что за шум? – строго спросил он. Никогда еще в своей жизни я не соображал так быстро.

– Остановите их! – заныл я. – Мои братья, они убьют друг друга!

– Ладно, парни! Остановитесь! Остановитесь, кому я сказал?! – заревел охранник.

Вот он, мой шанс!

С бьющимся сердцем я проскользнул мимо охранника и забежал за фургон.

Оглянулся вокруг. Мы находились в каком-то грузовом порту на реке. Была поздняя ночь, но гигантские прожекторы заливали все кругом ярким светом. Высоко над моей головой работали краны, погружая и выгружая суда.

– Эй! – услышал я крик охранника. – Вернись! Эй! Кто-нибудь, остановите этого мальчишку!

Я бежал без оглядки, бежал со всех ног. Бежал, не зная куда. Только бы побыстрее убраться отсюда.

За мною слышались тяжелые шаги. Я притаился за штабелем больших металлических контейнеров.

– Куда он побежал? – крикнул кто-то.

Я пошел прочь, стараясь держаться в тени и шагая как можно бесшумнее. В моей голове стучала одна мысль: "Скорее, скорее уйти подальше от берега реки".

Каждый раз, заслышав голоса или уловив звук шагов, я обмирал от страха. Через открытые пространства я не просто бежал – я проносился стрелой.

Скоро я оказался у ворот речного порта, огражденного металлическим забором. Вокруг громыхали тяжелые грузовики.

Я вышел за ворота.

На зеленом дорожном указателе было написано: "ФИЛАДЕЛЬФИЯ – 28, МОРТОН-ВИЛЛ – 8". Стрелка на Мортонвилл указывала налево.

Значит, я был в восьми милях от дома дяди Лео.

Я оглянулся назад. Кажется, никто меня не преследовал. И я бодро зашагал по дороге, на всякий случай придерживаясь затененных мест.

Восемь миль. Если мне повезет, я буду дома к завтраку…

Я шел всю ночь. Красное солнце уже поднималось над крышами домов, когда я оказался у дома дяди Лео.

Моя рубашка была измята и пропитана потом. Брюки перепачканы грязью.

Весь дрожа, я заглянул в кухонное окно. И увидел Нэн, дядю Лео и… моего клона. Мой клон сидел за столом, будто свой человек!

Я пригнулся и направился ко входной двери.

Через несколько секунд я встречусь с ним, тем мальчиком, которого Нэн приняла за меня. Который украл мою жизнь. Я должен вернуть свою жизнь обратно. Должен доказать Нэн и дяде Лео, что я – настоящий Монтгомери.

Но как?

Как?

Проглотив тяжелый ком в горле, с бьющимся сердцем я позвонил в дверь.

Валерий Карышев. Глава 21

Следственный изолятор Лефортово находился на Энергетической улице. Обогнув большое желтое здание, Ледогоров подъехал к застекленной проходной. Это и было следственное управление. Владимир предъявил удостоверение дежурному и быстро поднялся на третий этаж. Там он постучал в дверь кабинета следователя Воронкова.

Поздоровавшись, Ледогоров приступил к делу:

– Задержали очень нужного человека. Нужен адвокат, толковый. Вам Цветков звонил?

– Да, звонил, – признался Воронков. – Вы запишите фамилию адвоката – Косырев.

– А что это за адвокат? Расскажите о нем поподробнее.

– С ним в институте учился наш шеф – Левашов. После института Левашов попал сюда, а он пошел в адвокатуру. В общем, за него тоже могу поручиться. Мы часто встречаемся, он дела по линии ФСБ ведет.

– Какие именно?

– В основном по контрабанде.

– А с убийством он разберется?

– Я думаю, да. Он адвокат опытный, любое дело раскрутит. Вы можете на меня сослаться, когда будете с ним разговаривать.

– Хорошо, спасибо.

Ледогоров попрощался. Через несколько минут он уже звонил Голикову и назначал новую встречу на Пушкинской.

Вскоре он уже протягивал записку Андрею.

– Вот тебе телефон адвоката, – сказал он, – скажешь – от Левашова. Только действуй быстро, денег не жалей. Парень твой пока не признался, так что шансы есть. У него нашли только парик. Я его видел. Помяли его, конечно, здорово.

Голиков внимательно посмотрел на Владимира.

– А вдруг он сдастся?

– Это твой парень, ты за него отвечаешь. Если с адвокатом свяжешься быстро, он туда подъедет, то, может, и вытащим. Пока твой парень только в оперативной разработке, даже дела еще не возбуждали. Все, действуй!